+7 921 633 11 28 (СПб)

+7 929 986 47 11 (МСК)

   allabraun@list.ru

Alla Brown Фото Отзывы Музыка Контакты

Курорт органов движения

Привет, мои цыплятки!

Вы уж, поди, переволновались все: жива ли я, здорова ли. Докладываю. Все со мной благополучно. Уже вовсю танцую, пою, зажигаю, публично сверкаю всеми гранями своего талантища. Про давешний инцидент – инфаркт – и думать забыла. А все почему? Да потому что после больницы в специализированном санатории здоровье подкрепляла. «Черная речка» – так назывался мой кардио-курорт. Расположен он в Зеленогорске: сосны, вода, утки, живительный воздух. Признаться, я не писалась кипятком от того, что мне представилась такая возможность. Процедуры, распорядки, сбалансированное питание – это не мое. Но все оказалось не так уж и плохо!

Приехав, я сразу же перезнакомилась чуть ли не со всеми санатроцами. Забегая вперед сообщу, романов не случилось. Было только несколько интересных знакомств: одно из них звали Игорь, другое – Константин. С Игорем я виделась преимущественно в соляной пещере, где он щедро вешал мне лапшу на уши, болтая про то, какой он весь из себя мировой мужик. С Костиком мы ходили в тренажерный зал. Он (а годков-то ему было далеко не шэшнадцать) неустанно строил мне глазки, заговаривал медовыми речами, морил шуточками и про работу свою любимую трещал, про чертежи да детали всяческие. Мне с ним было интересно, но, впрочем, не на столько, чтобы шуры-муры завести.

Что касается женского полу, то крепко задружилась я с тремя Наташками – разновозрастными девчушками, которые навсегда влюбились в мой талант и стали моими преданными поклонницами. Так вышло, что при санатории было кафе с караоке-залом, а где хоть какая-то возможность петь, там всегда я! Вот мы с Наташами постоянно туда и бегали душу отводить (ну еще и покуривали и попивали кой-чего). Бегали мы, кстати сказать, преступно, без разрешения моего лечащего врача Кузнецова. Впрочем, он наверняка знал про мои грешки. Врач-то ведь опытный.

Правда, один раз доктор мне взбучку устроил. Дело в том, что в первые дни моего пребывания в «Черной речке» я страшно голодала. Нет, кормили нас хорошо, но строго по расписанию: завтрак, полдник, обед, ужин. И никаких тебе перекусов. Вот поэтому-то и повадилась я шастать на кухню, то чайку испрошу, то компотика. А где чаек, там и будербродик, где компотик, там и пряничек. И вот как-то раз сижу я, значит, с поварами болтаю, а сама грандиозный бутерброд с маслом и колбасой трескаю. Вдруг слышу над ухом грозный голос Кузнецова.

– Таа-а-а-к, а что это у нас тут происходит, м?! Что ж это вы тут, уважаемая Алла, делаете? Жрете?

– Нет, да.

– Что у вас там?

– Ничего. Уже ничего.

– Что она ела? – спросил он у поварихи.

– Всего лишь бутерброд с колбасой, с маслом.

– То есть с холестерином. Вы что же, милочка, выздороветь не хотите?

– Хочу.

– А тогда почему не соблюдаете диету?

– Я больше не буду.

– Не буду, – передразнил меня Кузнецов. – С завтрашнего дня только каши и бульон.

– Но я…

– Еще раз увижу в неурочный час за едой, накажу! – пробасил доктор и ушел, топая ногами.

– Не переживайте, дорогая, – кинулись меня успокаивать свидетели моего позора. – Доктор у нас очень хороший. Строгий, но отходчивый. Мы вам немного побольше порцию накладывать будем. Не отощаете.

И, действительно, не отощала. Ну, разве что чуть-чуть в боках и ляжках убыло. Кстати про ляжки…

Когда мои санаторные дни подходили к концу, познакомился со мной мужчинка – Генка Ляшечкин. С этим Ляшечкиным – настоящая умора. Начать с его фамилии. Ляшечкин. Боже! Ля-шеч-кин! Ха-ха-ха. Сколько рифм к ней подобрать можно (и я прям при Генке их говорила – оборжались как кони): неваляшечкин, бляшечкин, потеряшечкин, симпатяшечкин, открывашечкин, говняшечкин… Еще Генка сразу завел один обычай. Как только он меня видел, громко выкрикивал какое-нибудь приветствие. Вот самые знаменательные: «привет, карикатура!», «здорова, подагра!», «ку-ку, пердёжница!», «салют, патлатая!». Ну, хохмач, не могу прям! Еще и дурень, конечно же, порядочный.

Жалко, конечно, что мы с ним так мало пообщались. Но Гена клятвенно обещал (даже красноголовик сырой слопал в честь этого) никуда из моей жизни не пропадать. Сказал, что как только вернется в город, сразу же сгребет меня в охапку и поведет кутить, а пока что будет звонить и сообщения присылать. Пока что слово свое держит – трезвонит раз в два дня и периодически присылает какую-нибудь ерунду, из серии «сегодня сдавал анализы, яйца у глистов не обнаружены».

Вы, должно быть, думаете, что у нас с Ляшечкиным наметилось кое-чего? И не мечтайте. Генка – птица не моего полета. Мне как-то сразу стало это ясно. Вот всегда бы так со мной случалось, а то осеняет задним умом, когда разочарование, обида и сердечная боль. Но сейчас ни-ни! Никаких сердечных травм! Не хочу еще раз с инфарктом, или еще с чем похуже, схлопнуться! Поэтому ничего амурного от меня в ближайшее время не ждите. А вот новых песен ждите. И клипы тоже. И концерты тоже, разумеется.

Чава-какава!